Гросул Владислав Якимович/Образование СССР (1917–1924 гг.)/На путях к конституции СССР


НА ПУТЯХ К КОНСТИТУЦИИ СССР

27 апреля 1923 г. Президиум ЦИК СССР принял постановление о завершении деятельности всех ранее сформированных комиссий по выработке отдельных глав союзной Конституции и с целью подготовки окончательного проекта Конституции образовывает еще одну, так называемую Расширенную комиссию, в которую вошло 25 человек представлявших союзные республики. От РСФСР было 14 человек, из них 5 представителей от автономных республик, от УССР-5, и БССР и ЗСФСР по 3 человека. Во главе Комиссии был поставлен М. И. Калинин. В основу деятельности этой Комиссии был положен составленный еще в феврале того же года черновой проект Конституции СССР. В мае прошло обсуждение проектов Конституции в специальных комиссиях ЦИК союзных республик. Расширенная комиссия начала свою работу во второй половине мая. Важным этапом в ее работе были заседания 8-16 июня 1923 г.

13 июня по предложению М. В. Фрунзе о порядке дальнейших работ Комиссии было принято постановление, чтобы до сессии ЦИК СССР в Комиссии обсудить только проект Конституции (Договора), в первую очередь, приступив к обсуждению вопроса об общесоюзном бюджете, о Верховном суде, о союзном гербе и флаге. Далее было постановлено обратиться к рассмотрению общего положения о наркоматах и затем внести все эти вопросы на ближайшую сессию ЦИК СССР. Положения об отдельных наркоматах было решено отложить до следующей сессии ЦИК СССР. Пока же наркоматам предписывалось работать на основе прежних о них положений[1]. Особым решением этой Комиссии от 16 июня Президиуму ЦИК СССР поручалось «разработать вопрос о равноправии языков во всех правительственных и судебных учреждениях»[2].

Большой интерес представляют не только конкретные постановления Расширенной комиссии, но и предметное обсуждение тех или иных вопросов. На первом же заседании Комиссии 8 июня произошел обмен мнениями по вопросу о том, именовать ли Декларацию и Договор об образовании СССР Конституцией СССР. Х. Г. Раковский, вообще, выступил против применения термина «конституция», но М. И. Калинин, Д. З. Мануильский, М. В. Фрунзе настаивали на принятии конституции. Калинин при этом подчеркивал: «Пункт первый говорит: коль скоро объединяются отдельные советские государства в единое союзное государство, то, разумеется, и должна быть Конституция советского государства...». При этом он ссылался на решение Конституционной комиссии ЦК РКП (б), высказавшуюся за принятие не Договора, а Конституции. На этом заседании, однако, было принято не предрешать вопроса как называть общесоюзный основной закон – Договором или Конституцией. Такое решение было принято лишь на последнем заседании, где и было признано целесообразным назвать основной закон Конституцией СССР[3].

14 июня предметом живого обсуждения стало весьма важное конституционное положение об изменении территории каждой из советской республик. Н. А. Скрыпник усмотрел громаднейшую разницу между формулировкой проекта представленного Комиссией ЦК, где говорилось, что «территория каждой из советских республик не может быть изменяема без согласия» и формулировкой «могут быть изменяемы лишь с согласия». Далее он добавил – «Территория каждой из союзных республик и ее конституция могут быть изменяемы лишь решением ее верховных органов власти». К дискуссии по этому вопросу подключился ряд других членов Комиссии: нарком юстиции РСФСР Д. И. Курский, член Президиума ЦИК СССР Т. В. Сапронов, секретарь ЦИК СССР АС. Енукидзе, нарком юстиции Белоруссии А. Х. Гетнер, кандидат в члены Президиума ЦИК СССР С. М. Тер-Габриэлян, полпред УССР в Москве М. Н. Полоз, Х. Г. Раковский, еще председатель СНК Украины, Ф. Г. Гринько – тогда председатель Госплана Украины, В. А. Нодель – нарком труда Белоруссии, член Президиума ЦИК СССР, а также председатель Комиссии – М. И. Калинин[4].

Столь же оживленно прошло обсуждение пункта о союзном гражданстве, в котором принял участие ряд членов Комиссии, в том числе и Сталин, с которым вновь полемизировал Раковский, впрочем, по частному вопросу[5]. 16 июня Комиссия приняла постановление о том, чтобы обратиться с просьбой к Президиуму ЦИК Союза о разработке вопроса о равноправии языков во всех правительственных и судебных учреждениях Союза ССР. В тот же день был принят и ряд других решений о взаимоотношениях Президиума ЦИК Союза и СНК и комиссариатах, о символике и пр.[6] В целом 16 июня Расширенная комиссия завершила постатейное рассмотрение проекта Конституции, приняв текст проекта. При этом учитывались проекты представленные РСФСР, Украиной и Белоруссией. Закавказская Федерация самостоятельного проекта не выработала и приняла за основу проект РСФСР, дав к нему только некоторые поправки[7]. Однако и этот проект не был окончательным. Он был передан в конституционную комиссию ЦК РКП (б) и там снова постатейно рассмотрен путем внесения уточнений в ряд формулировок, а затем передан на рассмотрение Пленума ЦК РКП (б), собравшегося 26 июня 1923 г.[8] Пленум заслушал доклад И. В. Сталина о Конституции СССР и в целом одобрил представленный проект. Далее проект прошел обсуждение на сессиях ЦИК союзных республик.

Вторая сессия Всероссийского ЦИК X созыва начала свою работу 29 июня 1923 г.

Она, выслушав доклад Т. В. Сапронова, единогласно ратифицировала Декларацию об образовании СССР и Договор, принятые на I съезде Советов Союза ССР, учтя поправки сделанные Расширенной комиссией ЦИК СССР. Проект Конституции был также одобрен третьей сессией Всеукраинского ЦИК, третьей сессией ЦИК Белоруссии и второй сессией ЦИК Закавказья.

Следующим важным этапом на пути принятия Конституции СССР стала Вторая сессия ЦИК Союза ССР, которая открылась 6 июля 1923 г. Была заслушана информация о работе Конституционной комиссии и вновь обсужден по главам проект Конституции. В тот же самый день сессия приняла постановление о Конституции СССР. В первом же пункте этого постановления провозглашалось: «Основной закон (Конституцию) Союза Советских Социалистических Республик утвердить и немедленно ввести в действие»[9]. В том же постановлении предусматривалось вынести Конституцию на окончательное утверждение II съезда Советов Союза ССР, а также до образования Президиума ЦИК Союза ССР все полномочия в силу 4 и 5 глав Конституции Союза ССР возложить на Президиум ЦИК Союза ССР, избранный на 1-ой сессии ЦИК Союза ССР 30 декабря 1922 г. в составе 19 членов.

В тот же самый день, 6-го июля сессия приняла также ряд других постановлений: «О подготовке положений о Центральном Исполнительном Комитете и Совете Народных Комиссаров и отдельных народных комиссариатах СССР», «О Создании Совета Труда и Обороны СССР», «О выработке положения о Верховном суде ССР», «О Государственном банке СССР», «Об учреждении Центрального статистического управления Союза ССР». На следующий день, 7 июля сессия постановила дать поручение Президиуму ВЦИК о принятии мер по ликвидации Народного комиссариата по делам национальностей РСФСР», который действительно будет ликвидирован к маю 1924 г.[10] как выполнивший свою миссию по подготовке дела образования национальных республик и областей и объединения их в Союз республик.

Эта сессия утвердила состав Совета Народных Комиссаров СССР и избрала его председателем В. И. Ленина. Сразу после сессии приступил к исполнению своих обязанностей Президиум ЦИК СССР в рамках, которые были предусмотрены Конституцией СССР. Собственно, именно с этой сессии можно говорить о нормальном функционировании верховных органов государственной власти Союза ССР. Президиум ЦИК СССР именно с этого времени становится регулярно функционирующим верховным органом власти СССР. До второй сессии ЦИК СССР он собирался всего лишь два раза – 10 января и 27 апреля, после этой сессии он собирается 13 и 27 июля. 3, 10, 17, 24 августа, 7, 11, 14, 28 сентября, 10 октября и т. д.[11]

С 6 июля 1923 г. в ведение СССР переходят и внешние сношения союзных республик. К моменту провозглашения СССР, то есть к 30 декабря 1922 г., РСФСР имела дипломатические отношения с Афганистаном, Германией, Персией, Монголией, Польшей, Турцией и Финляндией. Кроме того, шесть государств – Норвегия, Австрия, Чехословакия, Китай, Италия и Великобритания признавали РСФСР де-факто. УССР имела дипломатические отношения с Польшей, Турцией и Германией, а своих представителей также в Австрии, Италии и Чехословакии. Вообще, Украинскую ССР признали де-юре Эстония, Латвия, Литва, Германия, Польша, Турция и де-факто – Австрия, Италия и Чехословакия[12]. Белоруссия имела дипломатические отношения с Польшей и Германией; Закавказская Федерация-с Турцией и Германией. Кроме того, Армения имела официальные отношения с Ираном, а Грузия с Чехословакией[13]. Еще в конце 1922 г. в Тбилиси находилось полпредство Великого Народного Собрания Турции, иранское дипломатическое представительство и генеральное консульство, представительство Италии, чехословацкая торговая делегация и консульство, миссия Германии; в Батуми – консульства Турции, иранское, итальянское, чехословацкое вице-консульство, консульское агентство Германии; в Сухуми – иранское консульское агентство; в Поти – консульское агентство Италии; в Баку-полпредство Турции, иранское дипломатическое представительство, консульства Италии и Германии; в Гяндже – иранское консульство; в Ереване – полпредство Турции, иранское дипломатическое представительство; в Александрополе – консульство Турции[14].

13 июля 1923 г. был принят «Декрет ЦИК СССР об обращении Президиума Центрального Исполнительного Комитета СССР ко всем народам и правительствам мира», предварительно рассмотренный в Политбюро ЦК РКП (б). В этом Декрете, подписанном М. Калининым и А. Енукидзе, говорилось о причинах создания единого союзного государства из прежде отдельных государств, хотя и связанных союзными договорами. К этим причинам относились настоятельная целесообразность объединения вооруженных сил перед внешней опасностью, хозяйственная необходимость, требующая планомерного руководства из единого хозяйственного центра всего Союза. Союз там назывался добровольным объединением равноправных народов, которые имеют право свободного выхода и в тоже время предоставляет возможность вступления в него всем социалистическим советским республикам, могущим возникнуть в будущем. Далее говорилось о создании единых общесоюзных комиссариатов и пр. В Декрете также подчеркивалось: «Будучи естественным союзником угнетенных народов, Союз Советских Социалистических Республик ищет со всеми народами мирных и дружественных отношений и экономического сотрудничества. Союз Советских Социалистических Республик ставит себе целью способствовать интересам трудящихся всего мира»[15].

13 июля 1923 г. было также принято постановление Президиума ЦИК СССР, где подчеркивалось, что в соответствии с полномочиями, данными ему второй сессией ЦИК СССР, Президиум «приступил к работе, как высший орган власти Союза Советских Социалистических Республик, согласно гл. пятой Конституции Союза Советских Социалистических Республик»[16]. В этот же день Президиум также постановил утвердить и опубликовать все декреты и постановления ВЦИК и его Президиума, с тем, чтобы они имели свою силу на всей территории СССР, а также предложил Совету Народных Комиссаров Союза ССР немедленно приступить к своей деятельности в силу шестой главы Конституции Союза ССР. Также было предложено приступить к своей деятельности наркоматам Союза, образовать Совет Труда и Обороны, учредить Центральное статистическое управление Союза ССР, преобразовать Госбанк РСФСР в Госбанк СССР, назначить коллегии народных комиссариатов СССР, образовать Госплан СССР и другие союзные учреждения. Параллельно предписывалось образовать комиссии по выработке соответствующих положений о наркоматах, Верховном суде и ОГПУ Союза ССР, а также о бюджете СССР[17].

В силу этих постановлений были созданы и соответствующие комиссии. Так, тогда же 13 июля Президиум ЦИК СССР создает Комиссию в количестве из 10 человек во главе с Калининым, которой было поручено выработать положения о ЦИК СССР, СНК СССР, общее положение о наркоматах и о каждом наркомате в отдельности. Тогда же создается Комиссия для выработки положения о бюджете СССР и утверждается уже существовавшая Комиссия по подготовке положения о Верховном суде СССР и ОГПУ СССР. Но непосредственное руководство деятельностью всех этих комиссий осуществляла Комиссия ЦК РКП (б)[18].

На заседании Президиума ЦИК СССР 3 августа 1923 г. было принято постановление о праздновании дня принятия Конституции Союза ССР на всей территории СССР шестого июля[19]. Таким образом, с 6 июля 1923 г. Конституция СССР не только была введена в действие, но этот день объявляется праздничным по всей стране. Параллельно шел процесс создания союзных правительственных учреждений. Поскольку В. И. Ленин был болен, руководство Советом Народных Комиссаров осуществляли пять его заместителей: Л. Б. Каменев, А. И. Рыков, А. Д. Цюрупа, В. Я. Чубарь, М. Д. Орахелашвили. Украинец Чубарь был с июля 1923 г. председателем Совнаркома Украины, а грузин Орахелашвили председателем Совнаркома ЗСФСР, так что они исполняли, прежде всего, свои прямые обязанности. Со 2-го февраля 1924 г. председателем СНК СССР станет Рыков. Рыков и Цюрупа были русскими по национальности, а Каменев – евреем. Из пяти заместителей Совнаркома лишь Орахелашвили имел высшее образование, остальные четверо – среднее[20]. Совнарком СССР являлся прямым преемником СНК РСФСР. Кроме председателя и пяти его заместителей в первый Совнарком Союза вошли также 10 наркомов и председатель ОГПУ с правом совещательного голоса[21]. Естественно, при подборе руководителей Совнаркома появились проблемы, связанные с необходимым представительством от союзных республик.

Свои проблемы имелись и при формировании союзных наркоматов. Наркоматы РСФСР по иностранным делам, внешней торговле, путей сообщения, почт и телеграфов, по военным и морским делам были преобразованы в союзные. Кадровый состав наркоматов в то время еще формировался в основном из бывших служащих аппарата управления и специалистов еще дореволюционного времени. На служащих бывших до революции рабочими в 1921–1922 гг. приходилось лишь 2,7 %, что объяснялось отсутствием достаточного количества грамотных рабочих[22]. Эти служащие автоматически перетекли из российских наркоматов в союзные с очень незначительным числом работников переведенных из национальных республик.

Важнейшей задачей Совнаркома тогда было оживление экономической жизни. Во время Гражданской войны заметно снизилась трудовая дисциплина и прогулы достигали 30–40 %, упала сравнительно с 1913 г. примерно на 10–15 % интенсивность и производительность труда, снизилась реальная заработная плата. Вся сумма заработной платы в среднем по РСФСР в 1919–1921 гг. составляла 38–40 % довоенного уровня. Впрочем, с 1922 г. она начала повышаться и весной 1923 г. достигла 60 %[23]. В начале 20-х гг. все-таки восстановление народного хозяйства шло довольно значительными темпами. В одном из своих выступлений в декабре 1923 г. А. И. Рыков отмечал заметный рост промышленности. Если 1920 г. по этому показателю брался за 100 %, то 1921-119 %, 1922-146 %, а 1923-216 %. Однако, в 1923 г. объем промышленного производства составлял по сравнению с 1913 г. только 40,3 %, а производства сельского хозяйства-75 %[24]. От хозяйственных успехов, конечно, зависело главное в союзном строительстве.

Тем временем работа по дальнейшему продолжению этого строительства не прекращалась. В августе 1923 г. состоялось первое совещание председателей Совнаркомов союзных республик, а 29 сентября того же года – второе[25]. Комиссия ЦИК СССР по подготовке положений о ЦИК СССР, СНК СССР и наркоматах СССР заседала 21 августа, 13 сентября, 22, 23 и 24 октября. Еще 24 августа 1923 г. Президиум ЦИК СССР утверждает порядок дня третьей сессии ЦИК СССР[26], работа которой открылась 6 и завершила ее 12 ноября того же года. Все представители ЦИК союзных республик сделали свои доклады, параллельно шла работа в комиссиях, готовивших решения этой сессии. Значительный объем работы был проделан комиссией, которой поручалась выработка положений о центральных органах власти СССР, учитывавшей поправки, предложенные союзными республиками к проектам представленным на утверждение сессии. Оживленный обмен мнениями шел, например, в Комиссии вырабатывавшей «Положение о ЦИК СССР». Не все соглашались с двухпалатной системой, поскольку некоторые считали излишним создание Совета Национальностей и ратовали за упрощение работы сессий ЦИК СССР «Положение о Центральном Исполнительном Комитете Союза Советских Социалистических Республик» было принято 12 ноября 1923 г. и состояло из десяти глав, в свою очередь подразделенных на 79 параграфов. В нем предусматривались как очередные, так и чрезвычайные сессии ЦИК СССР, причем очередные сессии должны были созываться три раза в год. Специальные главы посвящались Союзному Совету, Совету Национальностей и согласительной комиссии, в случае возможных разногласий между ними. Предусматривались также совместные заседания обеих палат, чему также посвящалась отдельная глава. Подробно расписывались функции Президиума Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР. Среди прочего, там также предусматривалось следующее: «Президиум Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР издает декреты, постановления и распоряжения, рассматривает и утверждает проекты декретов и постановлений, вносимых Советом Народных Комиссаров Союза ССР, отдельными ведомствами Союза ССР, центральными исполнительными комитетами союзных республик и их президиумами и другими органами власти»[27].

Президиум ЦИК СССР получал также право отменять постановления Совнаркома СССР, право амнистии, право помилования и т. д. Взаимоотношения между Президиумом ЦИК СССР и государственными учреждениями и ведомствами должны были осуществлять Председатель и секретарь ЦИК СССР. При этом весь секретарский и технический аппарат ЦИК СССР должен был находиться в ведении и под руководством секретаря ЦИК СССР. В тот же самый день, 12 ноября были приняты положения о Совнаркоме СССР и о народных комиссариатах СССР. При обсуждении положения об СНК, когда очередь дошла до параграфа о комиссиях создаваемых Совнаркомом СССР, в частности о Комиссии законодательных предположений, Административно-финансовой комиссии и других было внесено дополнение, в силу которого во все комиссии при Совнаркоме и СТО, имевшие административно-распорядительные права, должны были входить с правом решающего голоса представители союзных республик[28].

В силу положения о Совнаркоме СССР этот орган образовывался ЦИК СССР и являлся его исполнительным и распорядительным органом. В Совнарком, кроме председателя и его заместителей, входили народные комиссары по иностранным делам, по военным и морским делам, внешней торговли, путей сообщения, почт и телеграфов, рабочее-крестьянской инспекции, труда, продовольствия, финансов и председатель Высшего совета народного хозяйства. С совещательным голосом, наряду с представителями некоторых других органов, могли участвовать представители союзных республик, в том числе председатели совнаркомов союзных республик. К предметам ведения Совнаркома СССР относилось также «разрешение разногласий между советами народных комиссаров союзных республик по вопросам, входящим в компетенцию Совета Народных Комиссаров Союза Советских Социалистических Республик, а равно разногласий, как между народными комиссарами Союза ССР, так и между последними и советами народных комиссаров союзных республик». ЦИКи союзных республик, их президиумы и республиканские совнаркомы имели также право внесения вопросов на рассмотрение Совнаркома СССР[29].

«Общее положение о народных комиссариатах СССР», также принятое 12 ноября, предусматривало создание комиссариатов двух типов – общесоюзных, то есть единых для всего СССР, и объединенных. К общесоюзным относились комиссариаты: иностранных дел, по военным и морским делам, внешней торговли, путей сообщения, почт и телеграфов; к объединенным: Высший совет народного хозяйства, продовольствия, труда, финансов, рабоче-крестьянской инспекции. Это «Общее положение» предусматривало составление для каждого комиссариата своих особых положений, подлежащих утверждению ЦИК СССР. Оно предусматривало приостановление ЦИКами союзных республик или их президиумами тех распоряжений народных комиссариатов СССР, которые не соответствовали Конституции СССР, законодательству Союза или законодательству союзной республики.

Общесоюзные комиссариаты получали право иметь при союзных республиках своих уполномоченных, непосредственно им подчиненных. Эти уполномоченные выдвигались комиссариатом СССР непосредственно или по предложению ЦИК союзной республики и подлежали утверждению Совнаркомом СССР. Причем по всем выдвигаемым кандидатурам был обязателен отзыв ЦИК союзной республики, имевшей право отвода назначаемого уполномоченного. Эти уполномоченные общесоюзных народных комиссариатов должны были входить в совнаркомы союзных республик с совещательным или решающим голосом в соответствии с решением ЦИКа союзной республики или его Президиума. Распоряжения общесоюзных комиссариатов были обязательными для непосредственного исполнения на всей территории СССР. Объединенные комиссариаты СССР должны были проводить все свои задания и директивы через одноименные народные комиссариаты союзных республик. Главы одноименных комиссариатов союзных республик подлежали назначению и отзыву ЦИКами союзных республик[30].

Эта третья сессия ЦИК СССР приняла постановление о новом Государственном флаге СССР. Она поручила Президиуму ЦИК СССР образовать комиссию в составе представителей союзных республик, по назначению Президиума ЦИК, по два представителя от каждой, для подготовки проектов законов в соответствии с 1-ой статьей Конституции СССР устанавливающих: общие начала землеустройства и землепользования, пользования недрами, лесами и водами по всей территории СССР; основы судоустройства и судопроизводства, а также гражданского и уголовного законодательства Союза; основные законы о труде; общие начала в области народного просвещения, основы законодательства в области союзного гражданства, в отношении прав иностранцев[31].

На этой сессии большое внимание было также уделено вопросам экономики, прежде всего государственной промышленности, а также финансам. Был заслушан доклад об организации государственной промышленности СССР, где давалась характеристика государственной промышленности СССР и ставились основные задачи ВСНХ СССР. В соответствии с заранее выработанным списком за союзным ВСНХ закреплялся ряд предприятий и трестов, то есть из общего числа предприятий выделялись предприятия общесоюзного значения. 12 ноября сессия утвердила декрет «О порядке управления промышленными предприятиями общесоюзного значения, находящимися в ведении ВСНХ СССР», к которому прилагался соответствующий список предприятий. За ВСНХ СССР закреплялось 75 трестов из 130, причем тресты, объединявшие наиболее крупные предприятия, на которых трудилось 75 % всех рабочих. Прежде всего, союзному подчинению подлежала вся военная промышленность, при этом за совнархозами союзных республик сохранялось право получать сведения, доклады, отчеты о работе предприятий, находившихся на территории данной республики. Кроме оборонных предприятий, союзному подчинению подлежали также предприятия, обеспечивавшие основные государственные потребности стратегического характера и требовавшие плановых заготовок, охраны экономических интересов Союза на мировой арене, проведения единого плана восстановления промышленности и транспорта СССР. Союзному подчинению подлежала почти вся металлургическая промышленность, в том числе Югосталь. В то же подчинение переходили Центральное правление государственных объединенных машиностроительных заводов, основные уральские тресты, тресты медной промышленности. Таким образом, в ведение Союза переходило почти все производство чугуна и стали, исключая тресты местного значения.

Общесоюзному руководству подлежала вся промышленность цветных металлов, имевшая оборонное значение. Кроме того, общесоюзному подчинению подлежали четыре треста, объединявшие электротехническую промышленность; золотой и платиновый тресты; угольные бассейны – Донецкий, Кузнецкий, Подмосковный, Кизеловский; Бакинский и Эмбинский нефтяные промыслы; предприятия по производству паровозов, а также другие машины и механизмы для нужд транспорта. ВСНХ СССР переходили предприятия химической промышленности и 6 трестов из 14 лесной промышленности, занимавшиеся крупными экспортными операциями. В союзное подчинение переходили крупнейшие тресты текстильной промышленности, в том числе льняные тресты, пеньковый трест, а также Сахаротрест, Чаеуправление, и 70 % всей бумажной промышленности. Таким образом, в ведение Союза переходили ведущие отрасли промышленности[32]. По положению о ВСНХ от 12 ноября 1923 г. он концентрировал оперативное управление крупной промышленностью и существенно менял свою структуру. Руководство государственной промышленностью, находящейся в ведении ВСНХ СССР, осуществлялось Центральным управлением государственной промышленности, подразделенном на директораты, созданные по отраслевому признаку. Этим управлением назначались руководители предприятий и трестов, утверждаемых затем президиумом ВСНХ. Руководство промышленностью республиканского и местного подчинения ВСНХ СССР должен был осуществлять через свое Главное экономическое управление[33]. Следовательно, несмотря на нэп экономическая роль государства, чрезвычайно возросшая с 1917 г[34], продолжала сохраняться.

На сессии был также заслушан доклад Наркомфина СССР о финансовом положении страны. Постановление о Государственном банке СССР было принято еще на 2-ой сессии ЦИК СССР 6 июля 1923 г., в соответствии с которым Совнаркому СССР и Президиуму ЦИК СССР поручалось пересмотреть устав Государственного банка РСФСР и преобразовать его в Государственный банк СССР[35]. На 3-ей сессии 12 ноября утверждается «Временное положение о местных финансах», а также «Положение об имуществах местных Советов». В соответствии с уже действовавшей Конституцией СССР утверждался единый государственный бюджет СССР, в состав которого входили бюджеты союзных республик[36]. По «Временному положению» определялся перечень учреждений, ведавших местными финансами, а также права и обязанности центральных и местных органов в области финансов. Четкое разграничение роли местных бюджетов позволяло установить финансовую основу для развития региональной экономики, позволяло мобилизовать внутренние источники, увеличивая тем самым общегосударственные доходы и, вместе с тем, создавая заинтересованность местных органов в увеличении этих доходов[37]. В то время шел и процесс унификации налоговой системы в федеральном масштабе, то есть процесс введения единой общесоюзной налоговой системы. Это, действительно, был процесс и, например, на территории ЗСФСР он завершится лишь к 1 апреля 1924 г. с учетом некоторых местных особенностей. Вообще, в 1923–1924 хозяйственном году республики Закавказья получили значительную дотацию из союзного бюджета[38].

3-я сессия ЦИК СССР сыграла весьма заметную роль в завершении строительства общесоюзного аппарата управления и в налаживании хозяйственных связей нового типа. В современной литературе не без основания отмечается то, что образование в составе ВСНХ СССР Центрального управления государственной промышленности (Цугпрома) явилось выражением усиления в экономике страны в 1923–1924 гг. централизованно-плановых начал. Действительно, ослабление в 1921–1922 гг. вертикальных связей в промышленности вызвало стремление центральных государственных структур укреплять связи с местами и еще со второй половины 1922 г. имел место отход от политики децентрализации в управлении промышленности[39]. Усиление централизованного начала в экономике вело к подчинению местных предприятий центру и вызвало противодействие некоторых руководителей республик. Характерной в этом отношении была позиция Х. Г. Раковского, еще в бытность его председателем украинского Совнаркома, выразившаяся и в одном из его выступлений на XII съезде РКП (б)[40]. Дискуссия представителей центра и окраин затронула, таким образом, и экономическую сферу. Впрочем, дискуссии по экономическим вопросам в то время были довольно частыми. Одна из них касалась проблем регулирования экономики государственного сектора на основе сочетания плановых и рыночных методов хозяйствования, поскольку целостный механизм такого регулирования не складывался. Е. А. Преображенский в 1922 г. даже выдвинул идею рассматривать нэп как товарно-социалистическую экономику[41].

Заметная работа проводилась в области языка, просвещения, науки, культуры. Вошли в практику совещания наркомов просвещения советских республик. Одно из таких совещаний имело место в сентябре 1923 г., другое, особенно представительное, состоялось 1–4 декабря того же года. Вопрос о национальных школах рассматривался на заседании Государственной комиссии по просвещению под председательством М. Н. Покровского 23 сентября 1923 г.[42] Регулярно проводились также ректорские совещания представителей всех советских республик, на которых обычно были представлены ректора всех крупнейших вузов страны. В октябре 1924 г. в Москве было проведено двенадцатое такое ректорское совещание. Велась также планомерная работа по созданию союзной сети научных учреждений, в национальные республик направлялись опытные кадры для укрепления местных вузов и научных учреждений[43]. Еще к началу 20-х гг. относится и первая попытка создания общего списка памятников архитектуры и старины, имеющих мировое значение. Он был утвержден на апрельской конференции 1922 г. – на конференции представителей союзных и автономных республик, а также национальных областей. Возникали не только республиканские, но и общесоюзные федерации объединений писателей, художников, музыкантов. Во второй половине 20-х гг. ассоциации пролетарских писателей существовали в 12-ти советских республиках. Там также имелось 20 филиалов Ассоциации художников революционной России[44]. Имелись и различные творческие объединения внутриреспубликанского характера. Только в Белоруссии во второй половине 20-х гг. отмечено семь литературных групп[45].

Важным этапом на пути завершения строительства единого союзного государства стал Второй съезд Советов СССР, работавший с 26 января по 2 февраля 1924 г. Съезд собрался через пять дней после кончины В. И. Ленина и первые постановления съезда касались увековеченья его памяти. Всего на съезде присутствовало 2124 делегата, в том числе с решающим голосом – 1540. 77 % делегатов съезда были представителями РСФСР, 16 % – Украины, 5 % – ЗСФСР и 2 % – Белоруссии. Национальный состав делегатов съезда был следующий: русских-61 %, украинцев – 12 %, белорусов – 2 %, представителей тюркских народностей – 7 %, народностей Кавказа – 5 %, евреев – 7 %, латышей и эстонцев – 3 % и других народностей тоже 3 %[46].

Это был первый съезд Советов СССР, где был заслушан и обсужден доклад Совнаркома СССР о деятельности советского правительства за 1923 г. Впервые на таком высоком форуме был также заслушан и обсужден доклад наркома финансов СССР о бюджете страны, причем была принята специальная и довольно обширная резолюция «О мероприятиях в области финансовой политики Союза Советских Социалистических Республик», которая, прежде всего, предусматривала максимально быстрое развитие производительных сил и оживление товарооборота страны. К таким эффективным средствам в том же постановлении относили денежную реформу, дальнейшую реформу налогового дела, реальный государственный и местный бюджеты, а также резкое увеличение доходов неналогового характера.

Что касается роли республик в финансовой области, то в области увеличения доходов неналогового характера было обращено самое серьезное внимание на максимально быстрый учет доходных возможностей республик в целях их всемерного использования. Было также поручено Народному комиссариату финансов СССР продолжить свою работу по точному разграничению и установлению бюджетных прав Союза и отдельных республик. Соответствующий проект было постановлено внести на следующую сессию ЦИК СССР. Президиуму ЦИК СССР было поручено создать специальную комиссию для рассмотрения вопроса о бюджетных правах Союза и республик.

В отношении местного бюджета в этом же постановлении также предписывалось ускорить разграничение имуществ общесоюзного, республиканского и местного значения, в соответствии с постановлением 3-й сессии ЦИК СССР и законом об имущественных правах местных Советов. Специально оговаривалось в этом постановлении и поручение Президиуму ЦИК СССР о подготовке к ближайшей сессии ЦИК СССР вопроса о практических мероприятиях по улучшению материального положения отдельных республик и областей. Все эти меры, имевшие прямое отношение к национальным республикам, должны были осуществляться в комплексе с другими мероприятиями по упорядочению денежного обращения, развитию и укреплению существовавшей сети кредитных учреждений[47].

На сессии также было принято постановление об учреждении Центрального сельскохозяйственного банка СССР, которому поручалось содействие восстановлению сельского хозяйства путем оказания ему кредитной помощи. Банк должен был учитывать конкретные особенности сельского хозяйства каждой республики, области и губернии и согласовывать свою деятельность с политикой правительств союзных республик в области сельскохозяйственного кредита. Банки союзных республик в этом постановлении нацеливались на согласование своих кредитных планов с Центральным сельскохозяйственным банком[48].

На съезде была избрана первая палата ЦИК СССР – Союзный Совет, в которую вошли 414 членов и 220 кандидатов, причем этот состав предварительно определялся специальной комиссией, созданной из представителей республик пропорционально населению каждой республики. В составе членов Союзного Совета на долю РСФСР приходилось 68,8 %, Украины – 17,4 %, Белоруссии – 1,9 % и Закавказья – 7 %. По национальному составу Союзный Совет был следующим: русских – 56,6 %, украинцев – 9,8 %, белорусов – 1,7 %, представителей народов Кавказа – 7,3 %, представителей среднеазиатских народов – 1,5 % и представителей других национальностей – 23,1 %. Совет Национальностей впервые образованный на этом съезде создавался по норме представительства: 5 представителей от каждой союзной и автономной республики и 1-от каждой автономной области. Русских в Совете Национальностей было только 13 %[49].

На съезде была окончательно утверждена Конституция СССР. Ее текст подготавливался при активном участии всех республик и областей с обсуждением на многочисленных собраниях и комиссиях, а также на съездах Советов союзных республик. Так, II съезд Советов ЗСФСР, проходивший с 4 по 7 января 1924 г., ратифицировал Конституцию Союза ССР и ввел ее в действие на территории ЗСФСР. До этого Конституция была ратифицирована ЦИКами Азербайджана, Грузии и Армении[50]. В этой связи на П-ом съезда Советов СССР решили прения по докладу о Конституции не открывать и 31 января 1924 г. постановление об утверждении Конституции СССР принимается единогласно с учетом небольших поправок к тексту, одобренному 6 июля 1923 г.[51] Вскоре состоялись также и съезды Советов союзных республик, ратифицировавшие Конституцию СССР. Длительный, многоэтапный процесс создания союзных органов власти и конституционных основ советского многонационального государства тем самым завершился[52].

Первая Конституция СССР включила Декларацию и Договор об образовании Союза Советских Социалистических Республик, где писалось, что «Союз этот является добровольным объединением равноправных народов, что за каждой республикой обеспечивается право свободного выхода из Союза». Специальная глава была посвящена суверенным правам союзных республик и союзному гражданству, причем в ней писалось: «Суверенитет союзных республик ограничен лишь в пределах, указанных в настоящей Конституции, и лишь по предметам, отнесенным к компетенции Союза. Вне этих пределов каждая союзная республика осуществляет свою государственную власть самостоятельно. Союз Советских Социалистических Республик охраняет суверенные права союза республик». Кроме того, имелась специальная глава под названием «О союзных республиках», где говорилось об их верховных и исполнительных органах и о взаимоотношении республиканских органов власти с всесоюзными. В Конституции имелись также главы о верховных и исполнительных органах Союза, Верховном суде Союза, Объединенном Государственном Политическом Управлении, гербе, флаге и столице СССР. Конституция предусматривала публикацию декретов и постановлений ЦИК, его Президиума и Совнаркома СССР на языках союзных республик – русском, украинском, белорусском, грузинском, армянском и тюрко-татарском.

По этой Конституции все декреты, постановления и распоряжения ЦИК СССР были обязательны к непосредственному исполнению по всей территории СССР, точно также как ЦИК СССР имел право приостанавливать и отменять декреты, постановления и распоряжения Президиума ЦИК СССР, как и съездов советов и ЦИКов союзных республик и других органов власти на территории СССР. Подобные же права в пределах своей компетенции имел Президиум ЦИК СССР, Совнарком СССР и Верховный суд СССР. В свою очередь, в случае нарушения Конституции СССР, законодательства Союза или законодательства союзной республики распоряжения народных комиссариатов СССР могли быть приостановлены ЦИКами или президиумами республик. ЦИКи союзных республик и их президиумы получали также право опротестовывать декреты и постановления Совнаркома СССР в Президиум ЦИК СССР, не приостанавливая их исполнения[53].

В Конституции ни разу не употребляется термин «федерация», но из ее содержания можно было понять, что СССР это федеративное государство советского типа, причем незыблемость основ Советской власти провозглашалась уже в преамбуле Конституции. В Конституции ни разу не упоминается также слово «партия» и ничего не говорится о ее роли и это сразу порождало вопрос о соотношении формальных установок и фактического положения вещей. Фактически, роль партии после принятия Конституции СССР не только не уменьшилась, но даже усилилась. Но в целом Второй съезд Советов СССР завершил процесс создания СССР как единого федеративного государства. Не случайно в 1924 г. последует так называемая «первая полоса признания СССР». В этом году дипломатические отношения устанавливаются с Австрией, Албанией, Великобританией, Грецией, Данией, Италией, Китаем, Мексикой, Норвегией, Францией, Хиджазом, Швецией.

Это, отнюдь, не означало, что дальнейшее союзное строительство полностью прекратилось. Имели место территориальные изменения, всегда относившиеся к категории наиболее сложных межгосударственных отношений. В 1924 г. в состав БССР передается 15 уездов и отдельные части Витебской, Гомельской и Смоленской губерний. В целом территория республики увеличилась более чем в 2 раза и достигла 110,6 тыс. кв. км. при населении в 4,2 млн. человек[54]. В 1926 г. республике было передано еще 15 тыс. кв. км, где проживало 650 тыс. чел. и, таким образом, территория Белоруссии достигла 125,9 тыс. кв. км, с населением около 5 млн. чел.[55] Продолжался также многолетний процесс создания новых союзных республик.

В 1924 г. была образована Узбекская ССР, в 1925 – Туркменская ССР, в 1929 – Таджикская ССР и т. д. Но это были изменения в рамках уже созданного Советского Союза. При всех сложностях 20-х-30-х гг. все-таки межнациональные отношения в значительной степени были отрегулированы и говорить о национальном вопросе в СССР как вопросе антагонистическом в то время не приходится. 4 декабря 1935 г. на совещании передовых колхозников и колхозниц Таджикистана и Туркменистана с руководителями партии и правительства И. В. Сталин, видимо, не пошел против истины, когда заметил: «Настоящее совещание является ярким доказательством того, что былому недоверию между народами СССР давно уже положен конец, что недоверие сменилось полным взаимным доверием, что дружба между народами СССР растет и крепнет. Это, товарищи, самое ценное из того, что дала нам большевистская национальная политика»[56].

Последующей проверкой на прочность Советского Союза стала большая война, потребовавшая огромного напряжения сил и средств, и ставка фашистской Германии на распад СССР и отход от союза его национальностей не оправдалась. При всех сложностях войны, отдельных примерах коллоборационизма национальные республики дали Красной Армии миллионы солдат и офицеров, многочисленных тружеников тыла, активных помощников в организации и проведении массовой, более чем 10-миллионной эвакуации, примеров чему трудно найти в мировой истории.

Примечания
  1. Образование Союза Советских Социалистических Республик, с. 417–418.
  2. Якубовская С. И. Указ. соч., с. 31.
  3. Там же, с. 30–31.
  4. ЦК РКП (б) – ВКП (б) и национальный вопрос, с. 120–124.
  5. Там же, с. 124–129.
  6. Образование Союза Советских Социалистических Республик, с. 418–419.
  7. Пентковская В. Указ. соч., с. 107.
  8. Съезды Советов... Т. III, с.29.
  9. Образование СССР, с. 394.
  10. Макарова Г. П. Народный комиссариат, с. 147.
  11. Пентковская В. Указ. соч., с. 117.
  12. Нежинский Л. Н. Указ. соч., с. 90.
  13. Дипломатические отношения СССР // Дипломатический словарь. Т. I. А-И. М., 1984, с. 313.
  14. Хармандарян С. В. Сплочение народов, с. 52–53.
  15. Образование Союза Советских Социалистических Республик, с. 425.
  16. Образование СССР, с.396.
  17. Там же, с. 396–398.
  18. Пентковская В. Указ. соч., с. 118.
  19. Образование Союза Советских Социалистических Республик, с. 428.
  20. Гимпельсон Е. Г. Советские управленцы. 20-е годы. (Руководящие кадры государственного аппарата СССР). М., 2001, с. 94.
  21. Там же, с.93.
  22. Васяев В. И., Дробижев В. З., Закс Л. В., Пивовар Е. И., Устинов В. А., Ушакова Т. А. Данные переписи служащих 1922 г. о составе кадров наркоматов РСФСР, М., 1972, с. 59–61.
  23. Клименко А. В., Радаев А. В. Предисловие // Рыков А. И. Избранные произведения. М., 1990, с.28.
  24. Рыков А. И. Ближайшие перспективы народного хозяйства СССР (Доклад в Деловом клубе 11 декабря 1923 г.) // Рыков А. И. Избранные произведения, с. 264–265.
  25. Ненароков А. П. К единству равных, с. 180.
  26. Пентковская В. Указ. соч., с. 118–119.
  27. Образование Союза Советских Социалистических Республик, с. 437.
  28. Пентковская В. Указ. соч., с. 121.
  29. Образование Союза Советских Социалистических Республик, с. 444–445.
  30. Там же, с. 447–453.
  31. Съезды Советов... Т. III, с.30.
  32. Пентковская В. Указ. соч., с. 122–123.
  33. Нэп и хозрасчет. М., 1991, с. 92–97.
  34. Розенберг У. Формирование новой российской государственности / / Отечественная история. 1994, № 1, с. 12–13.
  35. Образование СССР, с. 395.
  36. Съезды Советов... Т. III, с.43.
  37. Пентковская В. Указ. соч., с. 123–124.
  38. Хармандарян С.В. Сплочение народов, с. 84–85, 88–89.
  39. Лютов Л. Н. Система управления государственной промышленностью в годы нэпа // Нэп: завершающая стадия. Соотношение экономики и политики. М., 1998, с. 100–105.
  40. Двенадцатый съезд РКП (б), с. 580–581.
  41. Суворова Л. Н. Государство и рынок в России в 1923–1928 годах // Нэп: завершающая стадия, с. 78–79.
  42. Ненароков А. П. К единству равных, с. 200–201.
  43. Красовицкая Т. Ю. Организация научной базы национально-культурной политики в РСФСР (1917–1927 гг.) // Великий Октябрь и опыт культурного строительства в СССР. М., 1987, с.49.
  44. Ненароков А. П. К единству равных, с. 219–221.
  45. Ермаков В. Т. Формирование творческих организаций художественной интеллигенции в СССР (октябрь 1917-конец 30-х гг.) // Великий Октябрь и опыт культурного строительства в СССР, с. 100–101.
  46. Съезды Советов... Т. III. с. 31.
  47. Там же, с. 56–60.
  48. Там же, с. 54–55.
  49. Там же, с. 32–33.
  50. Хармандарян С. В. Сплочение народов, с. 82.
  51. Съезды Советов... Т. III, с.32, 40.
  52. Якубовская С. И. Указ. соч., с. 38.
  53. Съезды Советов... Т. III, с. 40–54.
  54. Костюк М. П. Указ. соч., с. 331.
  55. Многонациональное советское государство, с. 156.
  56. Сталин И. Сочинения. Т.14. Март 1934–1940. М., 1997, с.101.